Ученики сталинградских школ участвовали в соцсоревнованиях на стопроцентную успеваемость
Начался учебный год, и дневники школьников уже полны отметок: у кого отличных, а у кого не очень. Конечно, нынешние родители не приходят в восторг, когда узнают, что их чадо снова получило «тройку» или «неуд.», но относятся к отметкам философски, считая, что не это в жизни главное: «Счастье не в оценках». Если бы нечто подобное сказал о «двойке» своего ребенка родитель, живший в СССР в 30—40-е гг., то его посчитали бы чуть ли не изменником Родины.
Оценки по осени считают
Листая пожелтевшие страницы сталинградских газет 30—40-х гг. «Молодой ленинец», «Сталинградская правда», «Даешь трактор!» и прочие, понимаешь, насколько школьный мир современной эпохи отличается от мира прежнего. Тогда плохое поведение, ошибки в диктанте и низкие оценки воспринимались чуть ли не как угроза всему социалистическому обществу. И с плохими оценками боролись так рьяно и серьезно, словно речь шла не о неспособном к изучению предметов ученике, а о преступлении. Хорошо учиться — это была стратегически важная задача, и ее пытались решить как сами учащиеся, так и педагогический коллектив, родители, комсомольская и пионерская организации, старшие пионервожатые, группорги, комсомольцы-активисты, актив класса, ученический комитет, или сокращенно учком, комсомольцы шефствующих организаций, комиссии райкомов и горкомов комсомола…
За успеваемостью школьников пристально следили даже местные печатные СМИ, и газеты с весьма приличными тиражами — по 20 000 и больше экземпляров — не считали зазорным ставить статьи со скрупулезными подсчетами — в каких классах сколько отличников и троечников? «В первой четверти успеваемость наших комсомольцев оставляла желать лучшего: из 120 человек 32 имели плохие оценки, и это заставляло комсомольский комитет призадуматься над причинами такой незавидной учебы членов ВЛКСМ» — так начиналась статья, написанная секретарем комитета ВЛКСМ сталинградской школы № 11 Р. Сурковым. Или, к примеру, статья другого автора, рассказывавшая о переводных экзаменах сталинградской школы № 18: «Ученики 9-го класса «Б» сдают испытания по физике. Всего по физике получено 8 оценок «отлично», 8 «хорошо» и 7 «посредственно». Чего стоили только заголовки статей, посвященные школьной учебе: «Никаких поблажек в оценке знаний учащихся», «Успешно завершить учебный год!», «Порадуем Родину отличными знаниями!», «Комсомольцы впереди», «Мобилизован весь коллектив»… Тут поневоле каждый участник учебного процесса осознавал, что он головой отвечает за «неуд» в журнале.
Секрет 95-процентной успеваемости
Чтобы радовать Отчизну хорошими знаниями и высокими оценками, в ход шло все — от индивидуальных бесед до объявления социалистических соревнований между учащимися, классами, пионерскими отрядами и даже школами. Например, после учительской конференции, состоявшейся в Городище в сентябре 40-го г., на которой были прослушаны сообщение об организации учебной работы, доклад профессора Ильинского на тему: «Сталин — организатор побед Красной армии» и много другой полезной информации, руководители школ Городища и Краснослободского района приняли договор о социалистическом соревновании. Любопытно, что на этой же конференции «выступил директор котлубанской школы тов. Попова, которая рассказала, как коллектив школы добился в прошлом году 95-процентной успеваемости учащихся».
Борьба с двоечниками
Каждый психолог знает, что дети, особенно подростки, настолько ориентированы на мнение сверстников, что каждое их слово является истиной в последней инстанции. Может, в 30—40-е гг. таких психологических нюансов не знали, зато были в курсе подобного воздействия. «Неуспевающих учеников вызвали на учком, но они не исправились, — пишет автор в одной из статей о проблеме успеваемости. — Тогда объявили об общешкольном собрании. Отстающие почувствовали неловкость перед своими товарищами, и после этого собрания успеваемость намного повысилась».
Несколько озадачивает, насколько лихо и просто решалась проблема успеваемости, не учитывались индивидуальные способности ученика. Сейчас, когда так трепетно относятся к таланту школьника, в том числе и к выходящему за рамки школьной сферы, что ему даже прощаются учебные промахи, подобное отношение выглядит особенно дико.
«Так, комсомолец Евгений Кауркин в первой четверти имел шесть плохих отметок, — хвастаются методом своей работы учащиеся сталинградской школы № 11 в статье «Комсомольцы впереди». — Когда мы заинтересовались причинами плохой учебы ученика, то выяснили, что Евгений очень увлекается рисованием, уделяет своему любимому занятию слишком много времени, а к урокам не готовится. Комсомольский комитет строго осудил поведение Кауркина и рекомендовал срочно исправить отметки. Во второй четверти Кауркин стал заниматься хорошо».
В некоторых школах были особенно выдающиеся классы — краснознаменные. По итогам четверти лучший по успеваемости класс получал переходящее красное знамя школы и сохранял его до тех пор, пока уровень оценок был на высоте. В обязанность учеников этого класса входило подтягивать плохишей: «Слава Костычев отстал в учебе и не мог самостоятельно догнать товарищей. С ним занимались лучшие комсомольцы, и в III, и в IV четвертях у него не стало плохих отметок».
Еще один способ борьбы за успеваемость — путем наглядной информации всему классу или школе демонстрировать учебные успехи или провалы учеников. Так, ученица одной из сталинградских школ, отличница Лида Агафонова, организовала доску соревнования. Умница не ленилась: ежедневно следила за успеваемостью каждого одноклассника и вывешивала список учеников и отметки, которые они получили за день.
Знакомство с «ячейками общества»
Конечно, на переднем фронте войны с плохой успеваемостью были педагоги. Они имели столько обязанностей — обычное ведение уроков, дополнительные углубленные консультации, дополнительные занятия с отстающими. Для педагогов 30—40-х гг. было обычным делом в свободное от преподавания, консультирования и проверки домашних заданий время пройтись по домам своих учеников. В статье «Накануне нового учебного года. Тракторозаводцы готовятся» с восхищением говорится об учительнице начальных классов средней школы № 3 Т. А. Тельбуховой, которая еще до начала учебного года «уже обошла квартиры своих будущих учеников, познакомившись с ними и с их родителями».
Это было не просто любопытство — увидеть, кто и как живет. Нет, тогда от педагогов требовали посещать дома и квартиры школьников, чтобы знать, чем живет их семья, какие у них родители, каков режим дня учащихся, где, как и когда они выполняют домашние задания, серьезно ли ученики работают над материалом, рационально ли они используют свободное время.
«Много внимания уделяли классные руководители работе с родителями, — читаем в одной из статей сталинградской газеты довоенной поры. — Домашние условия и внимание родителей к тому, как и сколько работает ученик дома, часто являются решающими для хорошего усвоения материала, получения прочных знаний. В шестом классе сталинградской школы № 23 учатся два брата Бакумовы. Оба они часто получали плохие отметки, ленились. После того как классный руководитель Надежда Ивановна Сергеенко побывала у них дома, побеседовала с родителями, Бакумовы значительно улучшили успеваемость. Сейчас они допущены к испытаниям».
Наталья ЖУРБИНА.
