Бывший уголовник сблизился со скандальным олигархом
Возглавив «Правое дело», Михаил Прохоров с присущим ему размахом принялся сбивать команду, с которой собирается штурмовать Охотный ряд. Одним из первых приглашение получил известный борец с наркотиками Евгений Ройзман. Испросив у читателей своего блога совета о том, надо ли идти в Госдуму, Ройзман приглашение принял.
Депутат с криминальным прошлым
Разумеется, совет с блогерами был позерством. В Госдуму Ройзман уже избирался по одномандатному округу в Свердловской области, а когда их отменили, перед выборами 2007 г. сблизился сначала с мироновской Партией жизни, а потом и в «Справедливую Россию» вступил. Но, говорят, Миронову тогда сказали, что негоже такими людьми партийный список компрометировать, и на этом в депутатской карьере Ройзмана была поставлена точка. Или запятая, которую обещает пририсовать олигарх Прохоров?
Чем же может скомпрометировать человек, занимающийся таким благим делом, как борьба с наркоманией? Для начала позвольте процитировать фрагмент 30-летней давности приговора Орджоникидзевского суда г. Свердловска: «Подсудимый Ройзман, находясь в близких отношениях с гражданкой К., путем обмана завладел ее личными вещами: брюками джинсовыми, импортными… золотыми изделиями на сумму 760 руб.».
Можно, конечно, сослаться на то, что в 20 лет случается всякое, что женщины юному альфонсу сами на шею вешались, а он после отсидки вполне респектабельным бизнесменом стал. Открыл несколько ювелирных и антикварных лавок, стал одним из соучредителей производственной компании "Ювелирный дом", а в 1999 г. и вовсе выступил одним из основателей екатеринбургского общественного фонда «Город без наркотиков» — любимого детища, которое принесло ему славу и политические дивиденды. Фонд же, в свою очередь, стал его утешением после того, как пришлось покинуть Госдуму. Он снова активно занялся искоренением заразы из российского общества. Вот только отношение самого общества к его действиям не всегда было однозначным.
Концлагерь для наркоманов
Как писала в 2003 г. газета «Известия», то, что организовали «поэт и ювелир с уголовным прошлым Евгений Ройзман, бизнесмен Игорь Варов и бывший наркоман Андрей Кабанов», больше напоминало концлагерь. Для лечения пациентов фондовцы сняли заброшенный дом; поставили шконки в два этажа и втиснули пятьдесят реабилитируемых в наручниках. Кормили хлебом и водой, чтобы те думали лишь о еде. Через месяц — трудотерапия. С точки зрения медицины метод был странным, а процент выздоровления (85!), которым хвастались новоявленные медики, невозможным. По словам главного нарколога Свердловской области Юрия Ружникова, если бы это было правдой, «фонду давно бы дали Нобелевскую премию». Тем не менее в фонд выстроилась очередь обезумевших от горя родителей наркоманов, а Ройзман стал советником губернатора.
Его приглашали делиться опытом в МВД, его центры стали местом паломничества делегаций. Даже Людмила Нарусова заглянула в июле 2003 г. Громом среди ясного неба поэтому стало сообщение в августе того же года о том, как отряд СОБРа ворвался в женский реабилитационный центр фонда (частный дом на окраине города) под предлогом проверки сигнала о грузящих мешки кавказцах, и наркоманки, еще вчера сладко улыбавшиеся Нарусовой, разрыдались и сказали, что в реабилитационном центре их мучают и истязают.
Как Ройзман перестал Росселя уважать
Несмотря на показное бескорыстие, журналисты вычислили тогда, что фонд есть предвыборный трюк организованной преступной группировки «Уралмаш» и ее лидера Александра Хабарова. Говорят, что однажды Ройзман, светясь от счастья, рассказывал журналистам о том, как они с соучредителем фонда Игорем Варовым гнались за крышующим барыгу милиционером: «Ты представляешь, а? Мы, уголовники, гонимся за опером, а он от нас удирает задним ходом!» Факт этот не помешал, однако, Ройзману в декабре того же года выиграть выборы в Госдуму. Хабаров тогда стал депутатом гордумы, а в 2005 г. был найден мертвым в камере екатеринбургского СИЗО. Одни говорили, что покончил с собой, другие утверждали, что скончался от сердечного приступа. Комментируя смерть товарища, Ройзман заявил, что накладывать на себя руки у погибшего не было оснований. Получается, что авторитету помогли уйти из жизни?
Не будем искать виновных, это дело не наше. «Город без наркотиков» со смертью Хабарова не исчез, а новоявленный депутат, войдя во вкус большой политики, воспользовался напряженными отношениями мэра Екатеринбурга с губернатором Росселем и стал думать о том, как самому занять его место. Номер не прошел, а вскоре Россель попал в опалу к федеральному центру, и Ройзман тут же заявил, что «потерял к нему уважение».
Кто кому репутацию портит?
Теперь, как когда-то Эдуарду Росселю, Евгений Ройзман говорит комплименты своему новому политическому благодетелю Михаилу Прохорову, называя его мощной личностью и светлым человеком во главе чистой, ничем не запятнанной партии. Партию, однако, делают люди. Не случится ли так, что насажают они пятен на ее облике? Я сейчас даже не о Ройзмане, известном своими националистическими высказываниями (многие помнят его наезды на цыган и таджиков). Точнее, не только о нем. Его почитатели, напротив, опасаются, как бы репутацию Ройзмана не подпортил олигарх — любитель куршевельских проституток и пьяных дебошей на «Авроре». А кто-то и вовсе заявил, что в лице Ройзмана Прохоров решил заполучить паровозик, на котором надеется въехать в Думу, несмотря на свой скверный имидж.
Впрочем, вопрос о том, кому быть паровозом, а кому прицепным вагоном, они решат сами, но уже то, что альянс этот широко не афишируется, а на билбордах к изображению Прохорова до сих пор не пририсовали одержимого борца с наркотиками, наглядно демонстрирует, кто в партии главный. Любопытно другое: на что ориентируется Прохоров, приглашая такого человека в команду? По словам вице-президента Центра политических технологий Георгия Чижова, «тут говорить о либерализме не приходится, потому что совершенно четко с Ройзманом ассоциируются жесткое силовое наведение порядка, борьба с этнической преступностью».
А, может, это только на первый взгляд кажется, что они разные? Оба готовы использовать любые средства для достижения цели. И оба придерживаются одного принципа: не мы должны работать в рамках закона, а законы должны работать на нас. Вот только союз таких людей не может быть долгим. Да, наверное, Прохоров и не планировал изначально «дружить домами», а Ройзман слегка поторопился, когда написал в блоге, что его приглашают в Госдуму. «Правое дело» пока очень далеко от Охотного ряда и с такими друзьями вряд ли сможет преодолеть заветные 7%. А 5% если и получится, то это только один мандат. Вряд ли для Ройзмана.
Родион ГРЕБНЕВ.
